Евгений Осиновский: завлечь молодежь в Ида-Вирумаа можно высшим образованием

28. декабрь 2011

Самый молодой депутат Рийгикогу Евгений Осиновский принял в минувшем году два важных решения: вернулся в Эстонию, несмотря на то, что мог бы жить в любой стране мира, и, получив две степени магистра в двух престижных университетах Великобритании, предпочел науке политику. Осиновский рассказал rus.err.ee о русских в Эстонии, своей миссии в политике и будущем Ида-Вирумаа.

Интервью с Евгением Осиновским провела редактор портала rus.ERR.ee Бетина Ферман.

Евгений, я не буду спрашивать про деньги и бизнес вашего отца, поскольку говорить об этом уже просто скучно, но расскажите, почему при всех Ваших возможностях Вы выбрали политику?

Мне всегда, еще в школе, хотелось сделать что-то для общества, обосновать свое существование — для меня не достаточно жить только для себя. Передо мной стоял выбор: либо заниматься наукой, либо идти в политику. Шесть лет я двигался в сторону науки, а потом я решил попробовать себя в политике.

По ряду причин для вас открыт целый мир. Почему Вы решили вернуться в Эстонию?

Если бы я решил заниматься наукой, то в Эстонию я бы не вернулся, потому что университеты здесь среднего уровня. Но поскольку я решил попробовать себя в политике, то, разумеется, я вернулся на родину — в Англии меня точно никто на политическом поле не ждал.

Почему Вы выбрали социал-демократическую партию?

Я отфильтровал партии по критерию честности. Самое важное в демократическом обществе – чтобы партии и политики были честными. За какие бы идеалы они ни стояли — воровать в принципе нельзя. Так что, если подумать, то почти все партии и отпадают. Я уверен, что СДПЭ из больших партий — самая “чистая”.

Возможно потому, что у них пока не было шанса дорваться до кормушки?

Трудно сказать. Думаю, одна из причин в том, что в нашей партии пропорция интеллигентных людей намного выше, чем в остальных.

В зале Рийгикогу во фракции Социал-демократической партии сейчас всего одно русское имя – Ваше. Связано ли это с тем, что у Вас была возможность вложить в предвыборную кампанию более 50 тысяч евро?

Думаю, причина — в правильном выборе избирательного округа. В Ида-Вирумаа социал-демократы, на самом деле, никогда серьезно не работали. Учитывая, что до декабря прошлого года меня никто особо не знал, понятно, что без предвыборной кампании я бы ни одного голоса не набрал. Но с другой стороны, говорить о том, что в Эстонии можно купить место в парламенте за предвыборную кампанию, несерьезно.

А одно русское имя у нас во фракции потому, что у нас и в самой партии очень мало русских политиков. Это, на самом деле, большая проблема, с которой я сталкиваюсь ежедневно, когда мы вдвоем с Вадимом Белобровцевым пытаемся покрыть все русские СМИ. В Эстонии вообще мало русских политиков — Центристская партия, в принципе, почти всех собрала.

Поэтому Вы ведете переговоры об объединении с Русской партией Эстонии? Вы согласны, что это риск?

Конечно, это риск. Нет абсолютно никакой гарантии, что мы получим дополнительные русские голоса.

То есть это не цель?

Это цель в долгосрочной перспективе. Мы хотим дать политически активным людям платформу в виде социал-демократической партии. Понятно ведь, что в списке РПЭ набрать голоса невозможно, никто не голосует за эту партию. Наберут ли они голоса на этой платформе, будет видно, но никакой гарантии нет.

Насчет риска потери эстонских голосов… он однозначно есть. Если какой-нибудь наш избиратель в Вырумаа сдаст свой партийный билет и скажет: “С русскими дружить не собираюсь”, бог с ним. Мы – социал-демократы и представляем ценности, в том числе и межнациональной солидарности, и если некоторые из наших избирателей этого не поддерживают, значит, они не социал-демократы. Что ж, и для таких людей у нас в Эстонии партии есть.

Вы родились в Ида-Вирумаа, росли в русскоязычной семье, учились в эстонской школе, жили и Англии. Каково Ваше национальное самоопределение?

В Эстонии — русский, а в Англии — эстонец.

В Вашей партии нет четкой позиции по поводу судьбы русской гимназии. Точнее, нет согласия между теми, кто сидит в верхнем и нижнем городе — в Рийгикогу и Таллиннском горсобрании.

Это правда, хотя главную идею — сохранение в Эстонии образования на русском языке — поддерживают социал-демократы всех уровней. Равно как и желание сделать русскоговорящих учеников более конкурентоспособными при поступлении в вуз и позже – на рынке труда.

Проблема в том, что часть депутатов Таллинского горсобрания периодически очень хотят высказать свое мнение и рассылают пресс-релизы, которые никак не связаны с позицией партии. В разработке нашей позиции принимали активное участие я, Вадим Белобровцев и, конечно, Пеэтер Крейцберг.

И в чем она заключается?

Мы считаем, что правительство начало реформу русских школ не с того конца, и этот эксперимент нужно остановить. Реформировать русские школы однозначно надо, потому что всё чаще русские родители отдают своих детей либо в эстонские школы, либо в школы с языковым погружением, а это говорит о многом. Вопрос в том, как проводить эту реформу — мы считаем, что это надо делать начиная с первого класса, добавляя постепенно по одному предмету на эстонском. Таким образом, к концу девятого класса уровень эстонского языка будет на высоком уровне и тогда, в принципе, абсолютно всё равно, сколько процентов предметов дается на эстонском в гимназии, поскольку дети будут им владеть.

Сейчас же проблема в том, что дети не справляются с учебой, поскольку им не хватает языка, от этого падает и их уровень образования. На это правые партии говорят, мол, первые пару лет будет сложно, но потом всё исправится. Может, и исправится через 4-5 лет, но нельзя допустить, чтобы в течение этого времени русские дети получали некачественное образование.

Поговорим о Вашем родном регионе — Ида-Вирумаа. В чем главная проблема Ида-Вирумаа? И за чем стоит его будущее?

В прошлом году из Ида-Вирумаа уехали 2500 человек, это 1% всего населения региона. Если каждый год по одному проценту будет уезжать, то скоро там будет совсем пусто.

Кроме того, безработица. Заводы закрыли, люди с очень специфическим образованием остались без работы. Но тут главная проблема не в нехватке больших инвестиций, а в недостаточной поддержке мелкого предпринимательства. Возможно, не каждый бывший рабочий с завода готов открыть небольшую фирму, но работать в ней он мог бы.

Как привлечь молодежь в этот регион?

В Финляндии и Швеции молодежь переманивали на малозаселенный север при помощи подъемных, погашения учебного кредита и других привилегий.

В Эстонии можно было бы привлечь молодежь при помощи высшего образования. Если в городе нет университета, то целая категория населения – интеллигенция – оттуда уезжает. Вуз всегда привлекает в город, особенно в маленький город, группу людей, которая повышает общий уровень культуры. Тогда появляется и давление на городскую власть, заставляющее ее заниматься проблемами более тщательно. То есть приезжают люди, которые хотят не социальных пособий, а чтобы в городе был театр, парк и т.п. Пока в городе нет привлекательной для жизни среды, люди будут оттуда уезжать.

Как же это изменить?

В правительстве есть план развития Ида-Вирумаа, который может решить некоторые проблемы региона, только никакого финансирования этот проект не имеет.

Кроме того, у Ида-Вирумаа огромный туристический потенциал. Но вот, например, строят в Кивиыли центр зимнего спорта, но там нет ни одной гостиницы. В Ида-Вирумаа полно красивых мест и для летнего отдыха, но имидж региона настолько низкий, что людям даже в голову не приходит отправиться туда отдыхать. Это большая проблема, которую в принципе не сложно решить – расставить домики RMK, соорудить площадки для костра.

Как Вы видите развитие своей политической карьеры? Кем Вы видите себя через четыре года?

Грандиозных планов я сейчас не строю. Сейчас главное — выбрать направление, в котором я хочу работать. На данный момент я занимаюсь и внешней политикой, и интеграцией, и образованием, а мне нужно определить вектор, чтобы работать в одном направлении.

Для меня очень важно не просто просиживать штаны, а продвигать свои идеи внутри партии, некоторые из них – через правительство воплотить в жизнь.

Хотели ли бы Вы стать министром?

С одной стороны – конечно, поскольку именно через правительство можно напрямую повлиять на то, как устроено наше государство. С другой стороны, работа министра настолько противная. Мне кажется, все люди, которые становятся министрами, очень быстро превращаются в полуживых роботов и автоматически отвечают на любые вопросы, а если они остаются нормальными людьми, то очень быстро сгорают.

Наш однопартиец Ивари Падар, который сейчас является депутатом Европарламента, но до этого работал министром финансов, сказал, что после двух лет службы был настолько уставшим, что просто жить не хотелось. Ну, на самом деле, утром просыпаешься — звонят журналисты и начинают тебя пытать про одно, второе и третье. Потом идешь в парламент, а там тебя оппозиционеры допрашивают, почему в школе в Каркси-Нуйа кто-то упал с крыши. И отвечай!

В отличие от других политиков Вас не встретишь на светских мероприятиях. Вам это не интересно?

Во-первых, не интересно. А, во-вторых, в последние девять месяцев у меня не было времени для таких мероприятий. Работы настолько много, что и к родителям не успеваю на выходные в гости ездить.

Мне кажется, многие члены Комиссии по иностранным делам, в которую я вхожу, состоят в ней, чтобы за счет государства путешествовать по разным странам. Им очень нравится сидеть за столом с умным лицом, произносить речи и тосты о том, какие между нашими странами хорошие отношения. Мне всегда это казалось бессмысленным — формально где-то быть, слушать речи и хлопать — это не мое.

Чем Вы занимаетесь в свободное время?

У меня настолько мало свободного времени, что я наконец осознал одну истину, которую мне поведал отец, когда я еще был студентом. Я говорил ему, что в студенческой жизни мне не нравится уединение — ты самостоятельно читаешь, пишешь научную работу, никому до тебя дела нет и эмоционально это достаточно сложно. На что отец мне тогда сказал: “Я столько людей за день встречаю, что вечером прихожу домой и никого ни видеть, ни слышать не хочу”. Вот последние девять месяцев у меня похожие ощущения — сидишь в тишине, и хорошо.

Свен Миксер: русский язык оккупантом в Эстонии не был

28. декабрь 2011

Председатель социал-демократов Свен Миксер за год с небольшим, что он стоит у руля, сумел существенно повысить рейтинг партии, причем соцдемов поддерживает все больше неэстонцев. Под занавес года был сделан еще один шаг в этом направлении – объявлено об объединении с Русской партией Эстонии. Хотя у многих разыгранная социал-демократами комбинация вызывает разве что скептическую усмешку.

Интервью со Свеном Миксером провел главный редактор газеты “МК-Эстония” Андрей Титов.

- РПЭ, по сути, является маргинальной полической силой, не имеющей ни веса, ни существенной поддержки. Зачем вам этот альянс?

- В конце ноября социал-демократы сделали предложение присоединиться к нам всем гражданам Эстонии с родным русским языком, которые разделяют наше мировоззрение. Одними из первых, кто откликнулся на этот призыв, стала Русская партия. У нас не было никаких причин говорить им, что их поддержка на последних выборах была столь незначительная, что нам с ними говорить не о чем. К тому же я убежден, что результат РПЭ на выборах не отражает в полной мере потенциала баллотировавшихся членов партии.

- Рассматривались ли варианты сотрудничества или, возможно, объединения с другими партиями? Например, с ОЛПЭ?

- Мы готовы сотрудничать со всеми партиями на основе мировоззрения, никого не исключая из круга потенциальных партнеров лишь из-за родного языка, национальности или религиозных убеждений. Если еще какая-то партия выкажет желание, то мы внимательно рассмотрим ее программу и предшествующую деятельность.

- Можно ли говорить об объединении с РПЭ или это скорее поглощение?

- Социал-демократы – это партия, представляющая всеобъемлющую программу и идеологию с давними традициями в Европе. У нас почти пять тысяч членов. Русская партия до сих пор была сосредоточена в основном на вопросах национальности и языка. Их численность в четыре с лишним раза меньше нашей. Поэтому вполне логично, что социал-демократы выступят в роли объединяющей силы, а РПЭ – в роли объединяемой. Впрочем, форма – это не главный вопрос.

- Какие программные положения РПЭ войдут в программу объединенной партии?

- На переговорах мы сравнили программу Русской партии с предвыборной платформой СДПЭ к выборам 2011 года и нашли, что в них очень много общего. Наша программа, например, говорит о том, что ходатайствующие об эстонском гражданстве пожилые люди могли бы сдавать экзамен в форме устной беседы, а экзамен на знание конституции и закона о гражданстве – на родном языке. Также то, что при частичном переводе русскоязычных школ на эстонский язык обучения во главе угла должно быть качество образования, а не формальное соблюдение законов.

- Одной из “фишек” лидера РПЭ Станислава Черепанова было создание Русской культурной автономии. Какова ваша позиция по этому вопросу?

- Социал-демократы – наднациональная политическая партия, поэтому сама она не будет создавать какие-либо культурные автономии, но мы придерживаемся мнения, что никаких искусственных препятствий на пути реализации прав, прописанных в эстонском законодательстве, создаваться не должно.

- Нет ли у вас опасений, что из-за заигрываний с русскоязычным электоратом от вас отвернется часть эстонских избирателей?

- Вполне логично, что некоторые эстонские СМИ пытаются представить нашу инициативу о сотрудничестве как “объединение с русскими шовинистами”, а часть русскоязычных комментаторов обвиняет Русскую партию в “предательстве русских интересов”. С третьей стороны пытается атаковать Сависаар, с важным видом объясняя, что Русскую партию создал Ансип, а СДПЭ “проглотила наживку реформистов”. Но мы верим, что большинство людей уже устало от противостояния. Я доволен тем, что, невзирая на весь этот искусственно раздуваемый ажиотаж, наши члены и избиратели – спокойные и рассудительные люди, которые понимают, что мы действуем в долговременных интересах эстонского государства и общества.

- Недавно соцдемы безуспешно предлагали изменить Закон о гражданстве, с тем чтобы дети неграждан могли получать гражданство автоматически. Собираетесь ли вы снова поднимать эту тему?

- С одной стороны, я не особенно верю, что нам удастся продавить это предложение в Рийгикогу при нынешнем правительстве. С другой, некоторые реформисты в частной беседе признавались, что они, как и канцлер права, в принципе поддерживают наше предложение. Терпенье и труд, как говорится, все перетрут. Так, например, произошло с освобождением расходов на обучение работников от налога на спецльготу. Мы восемь раз представляли это предложение на рассмотрение парламента, пока его наконец приняли.

- Какие еще шаги, нацеленные именно на русскоязычное население Эстонии, вы намерены предпринять?

- Еще можно вспомнить нашу идею переводить на русский и английский языки инструкции к лекарственным препаратам, а также сделать важнейшие законы доступными бесплатно в электронном виде на русском языке – по аналогии с английским. Мы также хотим восстановить в правительстве пост министра народонаселения и подразделение Министерства образования, регулирующее образование нацменьшинств. Одна из близких социал-демократам тем, которая напрямую касается и русскоязычного населения – это региональная политика, в том числе развитие Ида-Вирумаа.

А вообще я считаю, что в большинстве случаев проблемы и ожидания людей в Эстонии одинаковы, независимо от их родного языка: чтобы была работа, чтобы доход позволял прокормить семью, чтобы дети получили конкурентоспособное образование, чтобы цены на электричество и отопление не выросли так, что платить за них станет не по силам.

- Социал-демократы вроде бы высказались против нынешней реформы образования, в то же время в адрес партии сыпались упреки, что ее позиция недостаточно внятная…

- Чтобы быть конкурентоспособными при поступлении в вуз, а затем и на рынке труда, русские молодые люди должны к концу гимназии часть предметов изучать на эстонском. Но это не может успешно работать таким образом, что в девятом классе у них 100% предметов на русском языке, а осенью в десятом классе тот же учитель математики входит в класс и начинает преподавать на эстонском языке. Наше предложение таково, что подготовка к обучению на эстонском могла бы начинаться с первого класса, где один предмет был бы на эстонском. Во втором классе добавлялся бы еще один предмет и так далее. Тогда к уровню гимназии достигался бы требуемый законодательством объем предметов на эстонском.

Нет смысла “защищать” русскую школу, повернув всю реформу вспять или полностью отменив ее, как того требуют некоторые политические группы. Это никакая не защита. Уже сейчас многие родители отдают своих детей в эстонские школы. И число таких родителей постоянно растет. Упомянутая “защита” русской школы в более длительной перспективе приведет к ее исчезновению в Эстонии.

- Как вы прокомментируете недавнее высказывание президента Ильвеса о том, что русский язык – это язык оккупантов?

- Советская оккупация – один из самых темных периодов в истории Эстонии. Однако оккупировал Эстонию не русский язык, а преступный режим, основанный на коммунистической идеологии. Вина людей за происходившее в тот период индивидуальна, и нельзя обвинять в этом какую-то нацию целиком. Ведь были и эстонцы, активно сотрудничавшие как с нацистскими, так и с советскими войсками. Так что никого нельзя обвинять в оккупации за его национальность или родной язык. Политики же должны сначала как следует обдумывать то, что говорят, особенно если их слова могут задеть значительную часть общества.

- На каких условиях и с кем вы готовы войти в правительство?

- Наша цель – выиграть выборы 2015 года. Когда мы были в правительстве (2007-2009) “младшим братом”, нам приходилось слишком часто идти на компромисс. Если же мы сами будем составлять правительство, то сможем гарантировать, что наши основные программные пункты, цель которых большая социальная справедливость и региональный баланс, будут претворены в жизнь.

- Как ваши успехи в изучении русского языка? Уже можете рискнуть дать интервью русской радиостанции или телеканалу?

- К сожалению, плотный график позволяет мне заниматься русским только раз в неделю. Думаю, с горем пополам я бы смог дать интервью на русском языке, но пока предпочитаю делать это на эстонском, поскольку многие политические вопросы-ответы требуют точного формулирования тонких нюансов. Не хочется, чтобы мои мысли казались примитивными из-за того, что у меня ограниченный словарный запас.

Андрес Таранд: Партс и Вахер должны уйти в отставку

27. декабрь 2011

По мнению ветерана Социал-демократической партии Андреса Таранда, министры Юхан Партс и Кен-Марти Вахер (IRL) должны уйти в отставку из-за скандала вокруг видов на жительство. По его мнению, вместо этого они выстроили вокруг себя круговую оборону, передает ERR Uudised.

“Индрек Раудне и Николай Стельмах попались на очень темном бизнесе. Это тот же стиль, который и раньше процветал в Центристской партии и Партии реформ, и я считаю, что в маленькой стране он совершенно неприемлем. Все это очень угрожает развитию. Такой бизнес — последнее, чем можно заниматься в политике”, – сказал Таранд.

По словам Таранда, четкая обязанность министра внутренних дел и министра экономики — уйти в отставку. “Если в сфере деятельности министра происходит какое-то идиотство, то в демократических странах обычно уходят в отставку. У нас это, к сожалению, исключение. Бывало, что уходили с должности, но как правило начинают выкручиваться и никуда не уходят”, – добавил Таранд.

DzD.ee

Миксер: соцдемы хотят выиграть выборы в Рийгикогу в 2015 году

27. декабрь 2011

Руководитель Социал-демократической партии Эстонии Свен Миксер не ответил порталу Delfi, насколько партии нужны голоса русских избирателей, но подтвердил, что целью соцдемов является победа на следующих выборах.

“Наша цель — выиграть парламентские выборы в 2015 году”, — заявил нам Миксер.

“Ясно, что для этого нужно получить дополнительную поддержку и эстоноязычных, и русскоязычных избирателей. Если мы добьемся того, что за соцдемов проголосует каждый третий, говорящий по-эстонски, и каждый третий русскоговорящий, то можно будет считать, что мы сделали шаг вперед и достигли своей цели”, — сказал он Delfi перед Рождеством.

Сейчас соцдемы борются за русскоязычных избирателей с Центристской партией, за эстонских — с IRL и Партией реформ.

rus.Delfi.ee

C праздником Рождества!

23. декабрь 2011

Пусть Рождество будет светлым, дарящим хорошее настроение, а мы в новом году будем еще больше заботиться друг о друге!

Анвельт: новость о взяточничестве в КаПо меня не потрясла

20. декабрь 2011

Работники Департамента полиции безопасности (КаПо) задержали вчера своего сотрудника Индрека Пыдера, подозреваемого вместе с руководителем отдела внутреннего контроля Департамента полиции и погранохраны Меэлисом Таниэлем во взяточничестве.

Бывший глава Центральной криминальной полиции и нынешний председатель специальной антикоррупционной комиссии Рийгикогу Андрес Анвельт сказал в интервью Kuku Raadio, что эта новость его не потрясла, поскольку любое общество должно быть время от времени готово к таким событиям.

Осиновский: реабилитировать IRL может лишь отставка Вахера

20. декабрь 2011

Скандал с “торговлей” видами на жительство в Эстонии, основными действующими лицами которого выступили члены IRL Николай Стельмах и Индрек Раудне, будут напрямую связывать с партией до тех пор, пока министр внутренних дел Кен-Марти Вахер не подаст в отставку, считает член Рийгикогу, социал-демократ Евгений Осиновский.

“Стельмаха и Раудне связывают с партией IRL из-за министра внутренних дел. Раз он остался на своем посту, теперь рассказывать басни, что его политическая ответственность состоит в том, чтобы сейчас привести всю систему в порядок — это очень несерьезно”, – сказал Осиновский, выступая в передаче “Треугольник” на канале ETV2, в процессе обсуждения перемен, грядущих на политической арене Эстонии в связи со скандалом с видами на жительство в IRL.

“Либо у него некомпетентные чиновники, которых надо уволить, либо он давал им заказуху. Пока Вахер не уйдет в отставку, скандал будут неминуемо связывать с партией”, – отметил Осиновский в ответ на замечание члена Рийгикогу от IRL Марко Михкельсона о том, что вышеупомянутый скандал к партии не имеет никакого отношения.

rus.ERR.ee

Осиновский: политика натурализации в Эстонии провалилась

19. декабрь 2011

В этом году впервые в Эстонии количество граждан России стало больше, нежели количество неграждан. Если, проводя политику натурализации, за последние 20 лет мы добились такого результата, это говорит о том, что в политике есть ошибки, сказал депутат Рийгикогу от социал-демократов Евгений Осиновский в передаче “Треугольник” на канале ETV2.

“Конечно, можно все свалить на Россию, сказав, что причина в том, что Россия стала проще предоставлять гражданство. Однако я бы сначала посмотрел, нет ли проблем в нашей политике натурализации”, – размышляет Осиновский.

По его мнению, политические партии в нашей стране уже давно играют на недоверии между общинами, что, однако, характерно и для многих других стран. “Интеграция предполагает свободное общение между собой людей разных языков и национальностей. В Эстонии же этого не происходит. Общению препятствуют два момента — недостаточное знание языка другой общины и то, что случилось пару лет назад, значительно ухудшив социальный фон для взаимного диалога”, – сказал Осиновский.

По его мнению, политики в Эстонии не только не сближают общины, а иногда наоборот их раскалывают.
Депутат Рийгикогу от Союза Отечества и Res Publica Марко Михкельсон отметил в качестве ещё одного неблагоприятного игрока на политическом поле Эстонии Россию. “Это сильный игрок, который использует наши проблемы в своей официальной внешней политике, создавая негатив. Это и соглашение центристов с “Единой Россией”, и проблемы трактования истории”, – отметил он, – Речь не идет о делах России, а о том, как Россия относится к гражданам Эстонии и людям, в ней живущим. Такое отношение не идет на благо эстоноземельцам”.

Депутат Рийгикогу от Центристской партии Михаил Стальнухин согласился с Евгением Осиновским в том, что игра на национальных чувствах существует в эстонской политике уже 20 лет, но сказал, что его партия в этой игре не участвует. “Март Лаар в свое время в рекламных роликах говорил на одном языке и об одном в Таллинне, на другом и о другом — в Нарве”, – привел в пример Союз Отечества и Res Publica Стальнухин.

Евгений Осиновский, правда, тут же поспорил со Стальнухиным: “Говоря о центристах, можно отметить, что если на русском языке центристы говорят постоянно, что мы защитим русскую школу, то на эстонском языке они эту тему не затрагивают”.

rus.ERR.ee

Осиновский о Деде Морозе: не понимаю всей этой клоунады

15. декабрь 2011

Оппозиционный депутат парламента Евгений Осиновский назвал клоунадой сегодняшнее выступление Деда Мороза в Рийгикогу и сказал, что он не присутствовал при вручении подарков, а работал в своем кабинете.

В беседе с корреспондентом портала rus.err.ee член парламентской фракции социал-демократов Осиновский признал, что для него собственный первый год в Рийгикогу выдался сложным. “Я не был знаком с этой работой и мне многое пришлось постигать. В будущем же предстоит научиться лучше планировать свое время”, – рассказал самый молодой депутат.

По его словам, слуги народа работают не только во время заседаний парламента, но практически круглые сутки. “Работа в зале – это лишь малая часть того, что мы делаем. Мы занимаемся составлением законопроектов, много ездим по стране, общаемся с населением, занимаемся просветительской работой, решаем какие-то проблемы на местах”, – перечислил Евгений Осиновский.

Он отметил, что говорить о сотрудничестве в Рийгикогу между оппозицией и правящими партиями особо не приходится. “От конструктивного диалога коалиция отказывается. К большинству предложений оппозиции она не считает нужным прислушиваться, выкидывая их исходя из нашей партийной принадлежности”, – сказал он

На вопрос, что бы он хотел пожелать коалиции на будущий год, Осиновский ответил: “Во-первых, разобраться с коррупцией в своих рядах. Во-вторых, изменить свой стиль работы в парламенте. Только это вряд ли произойдет”.

Оценивать свою собственную работу Осиновский не захотел. “Пусть лучше это делает избиратель и вы – журналисты”, – ответил он на вопрос, какую оценку по пятибалльной шкале он мог бы себе поставить.
Пристыдил Деда Мороза

По словам Осиновского, сегодняшнего выступления Деда Мороза в парламенте он не понял. “Если честно, то считают такую клоунаду в Рийгикогу абсолютно не уместной. Когда он вошел в зал, я отправился работать в свой кабинет. За его выступлением смотрел краем глаза по телевизору”, – сказал депутат.

“Думать о рождественских каникулах пока рано. На следующей неделе предстоит сделать еще много работы”, – резюмировал Евгений Осиновский.

Онлайн-дебаты: Общество дебатов vs. Вадим Белобровцев

15. декабрь 2011

Бывший вице-мэр Таллинна, социал-демократ Вадим Белобровцев отстаивает сегодня в онлайн-дебатах точку зрения, согласно которой отток квалифицированной рабочей силы за границу вреден для Эстонии. Ему оппонируют представители Эстонского общества дебатов Артур Захаров и Виктор Никонов, которые пытаются доказать обратное. После того как стороны обменяются репликами, начнется самая интересная часть дискуссии – перекрестный опрос, в котором могут принять участие и читатели, задав свой вопрос участникам в комментариях к статье. Модератор выберет лучшие из них и передаст по адресу. В заключение каждая из спорящих сторон подытожит итоги сегодняшней дискуссии.

Вадим Белобровцев
C момента восстановления независимости из Эстонии каждый год уезжает больше людей, чем приезжает. В 2010 году Эстонию покинуло почти 5300 человек, и если в последние годы эмиграция была более-менее стабильной, то в 2010 количество уехавших выросло на 15%. При этом количество иммигрантов снизилось на 25%, составив 2810 человек.

Отток людей за границу трудно поддается контролю – эмигранты часто не считают нужным отметить факт своего переезда в регистре народонаселения, что выводит их за статистические рамки. Особенно это касается тех, кто едет за границу на заработки. Поэтому определить, сколько квалифицированных работников покинуло нашу страну, почти невозможно.

К чему приводит отъезд квалифицированной рабочей силы? Хорошим примером здесь является наша медицинская сфера: статистика показывает, что медики все активнее покидают Эстонию. Так, в этом году сертификат на работу за границей получило на 25% больше врачей общей практики, чем годом ранее. Врачи-специалисты тоже уезжают всё охотнее. Союз врачей уже обратился к правительству с призывом предотвратить ситуацию, при которой пациенты в Эстонии не смогут получать медицинскую помощь, ибо есть опасения, что в дальнейшем отток только увеличится. Срок попадания к врачу-специалисту в Эстонии должен составлять максимум 6 недель, но больницы уже не могут предоставить даже этого.

Аналогичные тенденции в последние годы видны, к примеру, в сфере строительства и транспорта.

Итог: нехватка квалифицированных специалистов приводит к ощутимому снижению качества и даже к нехватке предоставляемых жителям и гостям Эстонии услуг – в том числе, в жизненно важных сферах. Общий уровень рабочей силы падает, что едва ли является привлекательным фактором для иностранных инвесторов.

Кроме того, чтобы сделать государство и народ богаче, а зарплаты – выше, Эстонии нужно производить и экспортировать больше товаров с добавленной ценностью. С отъездом квалифицированной рабочей силы слабеет наша надежда стать обеспеченным государством – мы рискуем так и остаться страной дешевых подрядов.

Уехавшие работать за границу платят налоги не в Эстонии, а в странах, где работают. Через несколько лет работы в Финляндии, например, им начинает насчитываться пенсия, с которой эстонская пенсия просто несравнима.

Кроме того, процесс рабочей эмиграции еще сильнее сокращает и без того падающую численность населения Эстонии, что вообще угрожает развитию и дальнейшей перспективе государства. Верить же в то, что большинство уехавших работников вернется, в высшей степени наивно.

Общество дебатов в лице Артура Захарова и Виктора Никонова
Эмиграция является лишь частным индикатором внутренних проблем нашего государства. Вера в то, что это явление несет за собой обязательно катастрофические и необратимые последствия – заблуждение. Мы уверены в том, что даже озвученные данные о потерянных для страны людях не исключают позитивного сценария, который более чем вероятен, а вред от такого явления в социально-экономической сфере сильно преувеличен.

Страну покидают не только высококвалифицированные специалисты, но и люди, чьи навыки можно считать ограниченными. Хорошим специалистам, уже занимающим свою экономическую нишу, покидать страну ради туманных перспектив невыгодно. Второй фактор, который позволяет снизить кратковременные экономические потери вследствие отсутствия налоговых поступлений – их последующий вклад в экономику. По данным Мирового банка, присланная эмигрантами “домой” сумма составила 2,3% от общего ВВП Эстонии (что покрывает расходы на армию). Ко всему прочему, нет ничего необычного в том, что покинувшая в свое время Эстонию молодежь возвращается на родину через несколько лет. Такая молодежь обладает ценным опытом, который было бы невозможно получить здесь. Оставшись на родине, квалифицированные рабочие зачастую вынуждены работать не по специальности. Таким образом, уже сейчас мы имеем ситуацию, где навыки и квалификация остаются незадействованными.

Мы верим в то, что эмиграция – это не обязательно нечто негативное, а лишь реакция на происходящие события в обществе и метод регуляции и решения тех проблем, которые актуальны для нашего рынка труда. Мы верим, что для людей и государства работа за границей полезнее состояния в списках на бирже труда.

Рыночная экономика достаточна гибка, чтобы избежать проблемы несоответствия спроса и предложения. Острая нужда в специалистах определенной категории решается ростом конкуренции среди работодателей, и как следствие, ростом зарплат в определенном секторе. В такой ситуации предприятие, предоставляющее рынку ценный товар и услугу, не только должно повышать заработную плату однажды, но и заботиться об улучшении условий труда ради удержания работника постоянно. В свою очередь, частный успех даже в одном секторе экономики позитивно сказывается на экономике страны в целом. Другими словами, без врачей не останемся. Пример с эмиграцией врачей в Финляндию говорит лишь о постоянном исключительном спросе на данных специалистов. Иначе как же так получается, что врачей в социально защищенной и успешной стране не хватает? Тем более, что DzD.ee недавно публиковал материал о “мизерных” зарплатах врачей в 1700 евро, в то время как средняя зарплата по стране – 814 (по данным Департамента Статистики, 2010 год). Резонный вопрос, если врачам так плохо, то кому вообще жить на Ээсти хорошо и почему она еще обитаема?

Конкуренция на рынке труда с одной стороны и “хлебные” места рынка труда стимулируют стабильный интерес к постоянному улучшению своих навыков, что совсем не вяжется с идеей о стране дешевых подрядов. Дешевый подряд – это про неквалифицированных рабочих. Шутка ли: дворник со знанием трех языков и высшим образованием? Для нашей страны это реальность.

Ситуация с переполненностью рынка труда тревожна и трагична, но эмиграция отчасти решает эту проблему.

Белобровцев говорит о снижении квалификации и образованности наших людей и отсутствии интереса инвесторов к нашей стране, он лукавит. Это тот случай из немногих, где наша страна в Европе обладает не только значением выше среднего (72.7% EU-27 на 2010 г. по данным Eurostat), но и входит в пятерку лидеров (89.2% EU-27 на 2010 г. по данным Eurostat по среднему уровню образования).

И если наш самый главный ресурс – люди, то нет ничего постыдного и унизительного в том, чтобы наша страна была “сырьевым придатком” в этой области. Саудовская Аравия, Кувейт и многие другие страны, обладающие ископаемыми ресурсами, не чураются экспорта, и их быт сложно назвать неустроенным. Особенно это актуально в мире, испытывающем влияния глобализации.

Географическое расположение давно потеряло свой решающий смысл, одна точка на карте может продавать свой товар повсюду. Каждый день мы носим джинсы, сшитые в Китае, ездим на японских машинах, смотрим корейские телевизоры, собранные из “международных” комплектующих. И если Китай привлекает инвесторов бросовой рабочей силой, то мы вполне похвастать ее квалификацией. Эстония – это не только название республики, но и вероятное название успешного бренда. А в хороший бренд, известно, инвестируют. Одним из вариантов потенциально успешной отрасли, которая могла бы стать нашим коньком – IT-технологии. В свою очередь, поддержание системной конкурентоспособности невозможно без эмиграции именно высококвалифицированных специалистов. Именно они знакомятся с мировыми тенденциями, уезжая за рубеж, приобретают ценный международный опыт – и именно они могут вернуться для того, чтобы поделиться своими знаниями с соотечественниками. История XX века помнит, как небольшая рыбацкая “деревня” Сингапур, у которой не было и нет собственной питьевой воды и строительного песка стала могучим городом-государством и финансовым центром Юго–Восточной Азии. А все благодаря тем немногим, кто не постеснялся на время эмигрировать и вернуться. Очевидно, что без длительного пребывания за рубежом наши специалисты останутся на обочине мировых тенденций и станут уцененным товаром по причине истечения срока годности.

Количество жителей в Эстонии не может быть нашей самоцелью. Пусть в результате переписи населения 2052 года в нашей стране останется хоть 100 человек и собака, главное, чтобы они жили хорошо и могли бы посмеяться над благосостоянием жителей Монако. И если сейчас нашей экономике и рынку труда нужно оздоровительное кровопускание, то мы должны думать о совсем не призрачных дивидендах от этой процедуры.

Быстрая реплика Вадима Белобровцева
Для начала хотелось бы отметить, что фраза в анонсе дискуссии “При этом стороны не будут отстаивать свою личную точку зрения” меня точно не касается – не могу говорить за своих оппонентов, но лично я отстаиваю именно свою позицию, так как действительно уверен в том, отъезд рабочей силы за границу вредит Эстонии.

Во-первых, квалифицированные специалисты уезжают не ради “туманных перспектив” – в большинстве случаев они едут на вполне конкретные места с конкретными условиями. Во-вторых, неверно утверждение, что хорошим специалистам “невыгодно покидать страну”: часто у них нет иного выхода. В Эстонии в силу маленького рынка существует так называемый “стеклянный потолок”: специалист дорастает до максимально возможного в нашей стране уровня, видит, что за границей он мог бы развиваться дальше как в плане карьеры, так и зарплаты, и уезжает, поскольку не хочет попусту растрачивать потенциал.

Смею предположить (статистика такого рода в силу понятных причин отсутствует), что возвращаются в Эстонию единицы – в основном это те, кто не сумел закрепиться за границей. Едва ли человек, получающий намного лучшие условия труда и большую зарплату, будет стремиться вернуться. Хотя бывает, конечно.

“Дворник со знанием трех языков и высшим образованием? Для нашей страны это реальность”. Это не реальность, а проблема. Такой ситуации быть не должно, и это лишний раз указывает, что в системе образования и рынка труда в Эстонии что-то совсем не в порядке. И, разумеется, государству стоит задуматься о том, как регулировать систему высшего образования, чтобы вузы и профессиональные училища выпускали специалистов, нужных именно нашей стране, а не Европе или остальному миру.